Майкл Браун. От наркомана до ученика Иешуа

В 15 лет Майкл употреблял наркотиков больше, чем любой из его друзей. Пытаясь вытащить своих друзей из лона церкви, именно там его настигли любовь человеческая и послание Евангелия. Но как еврею поверить в Иисуса? Посмотрите его свидетельство: «От наркомана к учению Иешуа».

Субтитры для видео в YouTube

Никогда не забуду того, что произошло со мной здесь, на углу этой улицы в начале сентября 1971 года. Тогда, чтобы поддержать репутацию наркодилера , я принял дозу, которой хватило бы для 30-ти человек. Это было слишком. Отойдя от автобусной остановки, я потерялся всего за несколько кварталов от своего дома. И уселся прямо здесь. В половине второго ночи я думал, что я схожу с ума. Мне казалось, что я умер и попал в ад. Но то, что произошло со мной дальше, лишь доказывает, что истина сильнее всякого вымысла. Давайте сейчас вместе пройдем мой путь от наркомана до учёного. Я полностью оправдывал свои школьные прозвища “наркоторговец” и “железный человек”, но в этот раз все зашло слишком далеко. Даже я не смог справиться с такой дозой (эквивалент 28,3 гр. мескалина) Сидя здесь, на углу, в половине второго ночи я думал, что все кончено, и стал орать из всех сил: “Я горю в аду, я жарюсь в аду”. Затем шок – мимо меня, выгуливая собаку, прошёл друг моих родителей. До сих пор помню, как не мог сообразить, зачем в аду ему понадобилось выгуливать собаку. Когда он исчез, я решил, что сделаю то, что видел в кино, покончив со всем раз и навсегда, – брошусь под ближайший автомобиль. Через несколько минут из-за угла послышался звук. Автомобиль приближался, и я понял: надо «ловить момент». Свет его фар рассекал все вокруг. С поднятыми руками я бросился на машину – она остановилась в нескольких дюймах от меня. Это были мои родители. Будь это кто-либо другой, я был бы мёртв. По сей день не могу понять, что я там делал. Как так случилось, что такой замечательный еврейский парень как я, и так запутался? Почему я думал об аде? Но вернёмся к началу моей истории. Я родился в Нью-Йорке в 1955 году. Мой отец был старшим юристом в Верховном суде Нью-Йорка. Папа с мамой были счастливейшей парой из всех наших знакомых. В вопросах воспитания мои родители были консерваторами, как большинство еврейских родителей Нью-Йорка того времени. Мы переехали в Лонг-Айленд, когда мне было около 7 лет. Я, как и мои друзья, в основном радовался жизни, занимался спортом, учился в школе и старался избегать всяких неприятностей. Но потом что-то изменилось. Все начиналось вполне невинно. В восемь лет я увлекся игрой на барабанах, мне это по-настоящему нравилось. Я брал частные уроки. В 15 лет я участвовал в записи студийного альбома. Я любил рок-музыку, и после бар-мицвы (в синагоге в 1968 году) решил, что буду играть в рок-группе. В том же году я познакомился с творчеством Джимми Хендрикса. Как мне хотелось быть похожим на него и участников его группы! В 14 лет меня угостили «косяком». Хотел «получить кайф». Закурил – и ничего не почувствовал. Это меня заинтриговало, и я начал пробовать гашиш, более тяжёлые наркотики, но все равно ничего не чувствовал. Затем были депрессанты и антидепрессанты, ЛСД, и, в конце концов, я в самом деле «подсел на наркотики». Тогда я сказал себе: «Да, это – мое, но дальше я не пойду». Себя мы обманываем так же легко, как и других. Я и не почувствовал, как покатился по этому скользкому склону. Вскоре я попробовал спиды. Затем перешёл на амфетамины. Конечно, я был уверен, что никогда не «сяду на иглу». Позже я открыл для себя героин и попробовал уколоться – мне понравилось. Мне было всего лишь 15 лет. К 16-ти моя успеваемость в школе стала падать. Моя жизнь состояла из наркотиков, рок-музыки и бунта. С друзьями мы вытворяли такое!.. Ради смеха проникли в несколько домов. Вскрыли вот этот офис врача. Затем экспериментировали с украденными лекарствами, в основном со стимуляторами. А этот поступок было полным безумием. Видите. Мы просто докатились «до ручки». В общем, мы с друзьями дважды взбирались туда, на вершину этих гигантских труб. Честно. Трубы действительно очень большие, к тому же еще, дымящиеся. И все это так, смеха ради. Это было круто – мы делали, что хотели. Мы хотели стать известными рок-звездами. А у Бога был другой план. Дядя двух моих лучших друзей, двух сестричек, был пастором, а их отец годами молился о них. Девушки стали ходить вот в эту маленькую церковь, и им там понравилось. Другие мои друзья тоже пошли к ним в церковь просто, чтобы скоротать время, и их тоже там что-то взволновало. Вопрос: “Что может предложить мир абсолютно нерелигиозным хиппи-наркоманам?” Вне всяких сомнений: загубить их. И мы гоняли наркотики по нашим венам. Мы так развлекались – получали «кайф». А наркотики плюс рок-музыка, которую слушаешь, играешь, и ходишь на концерты, – это круто. Они (наркотики) открывают мир по-новому. Я жил этими концертами, видел Джима Моррисона, The Doors и т.д. Я пошел в концертный зал«Fill More East», где увидел группы «The Who» и Jefferson, «Airplane», «Grateful Dead», «Led Zeppelin» и «Ten Years After It», и многие другие. Но было что-то еще, кроме наркотиков и рок-музыки. Казалось, в те дни все рассуждали на духовные темы: о жизни после смерти, конечной реальности. В общем, мы кайфовали, слушали и играли музыку, размышляли о жизни и о смерти. Еще один мой друг начал посещать служения, и вот что случилось. Верующие из этой маленькой церкви говорили о Боге так, будто знали Его лично. Они делились своим духовным опытом. И мало-помалу это коснулось и его сердца. Люди обращаются к чему-то, чтобы заполнить существующую в их жизни пустоту, и идут туда, где ее можно заполнить. Кто-то под бременем обстоятельств обращается к религии формально, а для кого-то обстоятельства становятся началом истинных отношений с Богом и исцелением. Каждый человек в жизни держится за что-то. Кто-то за религию, кто-то, возможно, за благополучную жизнь, кто-то – за семью, а кто-то держится за Иисуса. Все это до моего обращения активно навязывалось мне в юности. Но долгое время меня абсолютно ничего не трогало. Сколько глупостей я наделал в молодости! Немного повзрослев, я считал, что духовность придает уверенности в жизни. Когда же мои друзья начали явно меняться, я сказал себе: хватит. Я решил вытащить их из этой религии. Они ведь тоже были номинальными христианами, потому что так воспитывались, а теперь уверовали в Иисуса по-настоящему. Они изменились и не хотели больше связываться со мной. Я принял для себя решение. В августе 1971 года мне было шестнадцать лет. Я пообещал, что пойду вот в эту церковь. Она называлась «Собрание Божье» города Спрингфилда. Ее посещал мой друг. Я же собирался пойти туда и высмеять «их религию». Но вместо этого я встретился с подлинной любовью. Я пришел туда длинноволосый, в образе хиппи, и держался недружелюбно и презрительно. А они, эти взрослые люди в костюмах и галстуках, и платьях, обнимали меня. Совсем не зная меня, с того дня они решили молиться за меня. Но, если Бога нет, зачем молиться? Помню, как в период моей дружбы с наркотиками, я с родителями пришел в синагогу на праздничное шабатнее служение, мы читали книги молитв и псалмов. «Похоже, Бог – величайший Себялюбец», – подумал я. Это была всего лишь шутка, а после – десять лет порочной жизни. Представьте себе, как после того, как я впервые переступил порог этой церкви, одна девушка сделала запись в своем дневнике: «В церковь вошел антихрист». Я грешил везде и всюду: крал деньги у отца, предавал лучших друзей. Я перепробовал все, что можно – от «ангельской пыли» до кокаина, кололся ЛСД, и, при этом, без видимых последствий для организма. Дикость, наверное, но за два года сплошного кошмара я ни разу не испытал чувства вины. А затем эти люди начали молиться за меня, и что-то шевельнулось во мне. Я осознал, какой я негодяй. Я пытался заснуть: принимал препараты, которые принимал раньше, – и не мог. Просыпался среди ночи оттого, что я несчастен. «Что ты сделал со своими родителями, друзьями?! Какой же ты мерзавец!» Библия называет это осознанием греха. И со мной произошло вот что. Вас когда-нибудь обличал Бог? В конце концов, 12 ноября 1971 года я согласился пойти в церковь еще раз. Еврей в церкви – картина сомнительная, но не это было моей главной проблемой. Моей самой большой проблемой была гордость. Я не собирался признавать своих ошибок и менять свой образ жизни. Несмотря на чувство вины, мне нравилось то, как я живу. Даже если Бог существует и Иисус является Спасителем, я не изменюсь – я хочу быть рок-звездой. В конце служения пастор спросил, хочет ли кто-нибудь принять Иисуса. Я не знал, что это значит. Знаете, я подумал, вот встану и сделаю приятное всем, кто молился обо мне, таком неисправимом грешнике. Так вот, я вышел к нему, а он попросил повторить за ним слова молитвы. Я повторил, и вот что произошло: изнутри меня озарил свет, и я понял, что действительно так считаю, что действительно верю в то, что Иисус умер за мои грехи, и что все это правда. Оставалась единственная проблема: я не собирался меняться. Прикупив кокаина, я отправился домой, чтобы ночью уколоться. Я помолился от чистого сердца и произнес: «Боже, сделай так, чтобы сегодня вечером у меня не было передозировки и со мной ничего не случилось». Я накурился «ангельской пыли», затем укололся, – и ничего не произошло. Надо сказать, я не видел в этом ничего плохого, и в течение 6 недель: то падал, то поднимался, то назад, то вперед; нанюхался, обкурился сегодня – назавтра в церковь. Сегодня колю героин – на следующий день иду в церковь. И, наконец, 17 декабря 1971 года в этой же небольшой церкви я получил откровение о том, как сильно Бог возлюбил меня, и меня переполнила радость от Бога. Я подумал: «Сколько можно так жить?» И прямо там я сказал себе: «Все! Отныне не будет иглы в моих венах». С этого дня все кардинально поменялось. Родители, увидев изменения в моей жизни, были под большим впечатлением! Они были настолько убиты прежним моим образом жизни, что вскоре после перемен папа сказал: «Все это замечательно, но нужно возвращаться к иудаизму». И, он привел меня к местному раввину. Я был счастлив поделиться с ним своей верой. После нескольких месяцев общения, он предложил мне встретиться с некоторыми другими евреями, более религиозными: «Они такие же религиозные, как и ты, за исключением того, что в отличие от тебя – правы». Раввин сказал, что моя проблема заключается в том, что я не знаю, что такое настоящий иудаизм, потому что не воспитывался в духе традиционного иудаизма. Таким образом, он привез меня в Бруклин для встречи с ультраортодоксальными евреями – это были хабатники. Некоторые их раввины специализировались на работе с молодежью, т.е. с такими, как я. Я начал с ними общаться. Они казались серьезными и духовноустремленными людьми. Я заглянул внутрь синагоги и увидел молящихся длиннобородых мужчин. Никогда не приходилось видеть ничего подобного. Они больше походили на настоящих евреев, чем я на служении в своей церкви. Потом мы стали обсуждать Писание. У них был готов ответ на все, что я ни спрашивал. Даже если некоторые из их аргументов казались мне недостаточно убедительными, я не мог довести до их сознания мысль о том, в Кого и во что верил сам. Они сидели со своими еврейскими Библиями, так как иврит изучали с детства. Я же едва читал на нем – немного помнил алфавит. У меня был английский перевод Писания. Со мной они были вежливы и продолжали говорить о несостоятельности английского перевода. Я попал в затруднительное положение, поскольку имел реальный опыт с Богом и знал, что моя вера в Иисуса была неподдельной. Я понимал, что должен что-то ответить на возражения этих раввинов. И тогда я решил все выяснить сам. Я собрался изучать иврит и библейские языки. Мне хотелось узнать все о традиционном иудаизме. «Я буду следовать за истиной, куда бы она меня ни привела». Я должен был сделать это. Чтобы оставаться честным, буду политкорректным: «Как вы думаете, почему люди обращаются к Богу?» «Они боятся смерти. Боятся умереть». «Отсутствие духовной опеки – духовное сиротство». «Это последнее, последний шаг, когда ты находишься на грани отчаяния». А, что было делать мне, если меня все в жизни устраивало? В моем случае, я фактически был наркоманом, хотел стать рок-звездой, играть на барабанах в рок-группе, – я был счастлив, безумно проживая эту жизнь. Хорошо ли это? «Да, нет, да… Возможно, в какой-то момент вы дошли до предела?» – «Нет, мне нравилось то, как я живу». Но я пришел к выводу, что Богу не нравится. Другими словами, это не только моя реальность, так живет большинство из нас, – это мое пространство». Я буду делать то, что считаю правильным. Но вопрос в том, насколько это хорошо, является ли это объективной реальностью. Потому что Богу может нравиться не все, что я делаю. Как христианина я имею весьма консервативные взгляды, но сейчас я не уверен, что это хорошо. Интересно, да? «Что заставляет вас сомневаться?» «Я не знаю. Я просто не знаю». – «Нет, знаете». «Почему этот путь – правильный?» – «Давление со стороны семьи». «Почему это правильный путь? Если вы хороший человек… А как насчет остальных людей, которые думают иначе?» «Скажем, я считаю, что это Калифорния, а вы – что Монголия, а вы утверждаете, что Монтана, а вы – что Пуэрто-Рико». «Вы можете сказать: «Я знаю, я знаю – мне сказали родители». Это не меняет истины». Иисус был евреем. И церковь в первом веке на ее ранних стадиях была почти полностью еврейской. Так что, это – вполне по-еврейски: верить в Иисуса. Для нас является тайной, кто будет грядущий Мессия. Поэтому мы не можем назвать Его имени, и приветствовать всякого, кто придет. Вы знаете, «Евреев за Иисуса», вы – еврей или нет? Вы – не еврей за Иисуса. Итак, насколько серьезно я отнесся к возражениям раввинов? Однажды после нескольких часов общения с ними я пришел домой и обратился в молитве к Богу. Я сказал Ему: “Если для меня как еврея преступно веровать в Иисуса, то я откажусь от веры, как глупо бы это не выглядело. Но, если Иисус действительно наш Мессия, то я последую за Ним, чего бы мне это не стоило, несмотря на противостояние со стороны «своих», евреев». Если ради наркотиков и рок-музыки я был готов идти наперекор всем. То, тем более, я сделаю это для Бога. Знаете, за эти годы я открыл для себя одну интересную вещь. Люди настолько парализованы мнением других и загипнотизированы религиозными традициями, что не могут остановиться, чтобы спросить совета у Бога, правильно ли они поступают. Тщательно изучают вопрос, мог ли Иисус на самом деле быть Мессией. Ведут ненужные споры со мной вместо того, чтобы остановиться и заглянуть себе в сердце для того, чтобы разобраться в своей собственной жизни. Я так жить не мог. Мне нужно было добраться до сути вещей. Поэтому я больше времени проводил среди раввинов. День искупления, Йом-Кипур, я отметил в семье хаббатников с тем, чтобы увидеть все изнутри. Еще я полностью ударился в изучение иврита и получил степень бакалавра, затем получил степень магистра и степень доктора наук Ближневосточных языков и литературы в Нью-Йоркском университете. Я не доверяю словарям и комментариям. Для себя я хотел читать оригинальный текст. Я изучал всевозможные раввинистические мнения, чтобы понимать, на чьей стороне правда, и не сомневаться. Вопрос идолопоклонства, я обсуждал с раввинами, миссионерами и еврейскими специалистами. Я провел большое количество публичных дебатов. Перед каждой дискуссией я подписывал соглашение о том, что содержание дебатов будет передано общественности в полном объеме в неотредактированной форме. Это стало моей политикой. Я повторюсь, нам нечего скрывать. Через какое-то время произошло что-то странное. Чем больше я учился, чем больше узнавал, тем меньше было желающих вступить со мной в дискуссию. За 7 лет не осталось ни одного раввина, готового обсуждать со мной этот вопрос. И Вы спросите у себя, что является твердым доказательством нашей веры? Возможно, еврейские Писания указывают на Иисуса, Йешуа как Мессию? Возможно, раввины не правы? Как можно быть абсолютно уверенным? Я на сто процентов уверен и, не раздумывая, готов умереть по второму вопросу. Что делает вас абсолютно уверенным? В чем? Существует ли Бог, является ли Иисус Спасителем и Божий ли это путь? Что такое вера? Во что или в кого вы верите? Как в это можно поверить? Ведь это – не математика. Вы знаете, что не можете. Этого невозможно доказать. Бог поможет вам сделать это. Внутри вас есть определенное знание, уверенность. Вы знаете, как пришли к Нему, это ваш путь. Вы надеетесь, что другие проходят такой же путь и это – нормально. Узнайте. Итак, я хочу сказать вам, что Бог открывает Себя. Это как любовь, и ты точно знаешь, что остаток своей жизни хочешь провести с этим человеком, и ты создан для этого чувства. Бог даст вам знать об этом. Наедине, когда никто вас не видит, и никто не принуждает. Просто скажите, Боже, если ты есть, сделай так, чтобы я не сомневался. Он знает, как это сделать. Так было с тобой? Конечно. Как? Это был процесс продолжительностью в 5 недель: с 12 ноября 1971 по 17 декабря 1971. Когда глубоко внутри я почувствовал, как неправильно жил перед Богом. В течение двух лет меня это не заботило. У меня не было чувства вины. А потом как-то вечером, 17 декабря 1971 года, во время служения в маленькой церкви, мы пели песни. Я привык слушать «Led Zeppelin», Джими Хендрикса. Во время пения церковных гимнов, на меня пролились потоки Божьей любви. Я понял, что Он любит меня так, как никто другой, и что Иисус действительно умер за меня. И Его радость наполнила каждую частичку меня, как никогда раньше. Моя плоть испытала многое, в том числе и наркотики. И это была реальность: любовь Бога там и тогда, в ту минуту. И я обещал, что больше не будет иглы в моих венах. Это было более 35 лет назад. Что произошло за эти 35 лет? Вот уже 31 год я женат, у нас 2 детей, 4 внуков, имею ученую степень, написал 20 книг, путешествовал по всему миру, являюсь президентом трех Библейских колледжей. Живу, помогая людям. И люди задают мне по-настоящему хорошие вопросы. Как вы на них отвечаете? Представители различных религий мира (индуизма, буддизма, мусульманства) все одновременно называют свою религию истинной. Как видим, есть сложности с доказательством, так как невозможно, чтобы все сразу были правы. Особенно, когда утверждают, что являются единственно верным путем к Богу. Как еврей, могу сказать об иудаизме. А как насчет остального мира? Других народов? Иудаизм создан для евреев, но Иисус предназначен для всех. Независимо от того, сколь далеки вы были от Бога, насколько хороши или плохи. Мы все согрешили и нуждаемся в милосердии и помощи, и в этом – послание об Иисусе, послание Евангелия, что буквально означает «добрая весть». Божий Сын взял на Себя все наши грехи и проступки, и ошибки, и умер, чтобы мы жили. Вы скажете, как можно быть уверенным в этом, а как же другие люди с другими взглядами? Как можно быть уверенным? Такой же вопрос задавали и эти люди. Ответ прост. Бог сделает так, что вы будете уверенны. Он войдет в вашу жизнь так, что у вас не будет вопросов. Он приведет доводы не только для вашего ума, но и для самых потаенных уголков вашего сердца, и вы полностью будете уверены в том, что Он – истинный, и, что Иисус есть единственный путь к Отцу. Итак, позвольте спросить вас, сложно ли остановиться и искренне, от всего сердца попросить Бога показать вам истину: «Боже, открой мне Свою истину, и я последую за ней». Неужели так трудно? Попросите – и Он ответит, и вы удивитесь тому, что произойдет.